СТРАНЫ ЮЖНОЙ АМЕРИКИ
ГОЛОСОВАНИЕ
Какой вид активного отдыха Вы бы выбрали для своего отпуска?
|
|
Рекомендуем почитать
Путевые заметки известных людей. «Газеты в Сан-Хосе не слишком много внимания уделяли этому. Да и зачем? Кому здесь интересно, начались дожди в провинции Гуанакасте или еще только собираются? Разве сейчас кто-нибудь стал бы ездить из Сан-Хосе в Гуанакасте? Иногда дожди там обрушиваются на неделю раньше, иногда – двумя неделями позже. Людям на асфальте Сан-Хосе от этого ни горячо ни холодно, а земледельцы во всей пограничной области ждут влаги, как спасения. Они хорошо знают, что после первых дождей путешествиям на долгие месяцы конец. Поэтому они заблаговременно привозят себе запасы на полгода, а там хоть трава не расти! Из года в год повторяется одна и та же история: пыльные и глинистые дороги приморья превращаются в непролазную грязь, реки и потоки вздуваются и выходят из берегов. И все это кратко называется – зима. Для нас же это было событием номер один: в Гуанакасте начались дожди.
Развилка с дорогой к порту Пунтаренас довольно давно осталась позади нас. Цветущие кофейные плантации, леса и банановые рощи исчезли; вместо них дорогу со всех сторон обступил край, изможденный солнцем и засухой. Песок и высохшая глина, кое-где щетинка выжженной травы и заросли колючек, совершенно такие же, как в Чако, на границе Аргентины и Парагвая, с той лишь разницей, что пейзаж здесь исковеркан безотрадным лабиринтом низких крутых холмов.
Широкая трасса недостроенного шоссе в скором времени переходит в узкую, извилистую дорогу.
Двадцать, тридцать километров ползет «татра» с бугра на бугор; нигде ни живой души, не говоря уже о человеческом жилье.
Только через сорок километров с вершины холма мы увидели кучку деревянных построек. Около них валяются остовы автомобилей, бочки из-под бензина, ржавые механизмы и груды стертых шин. Старый лагерь тех времен, когда здесь готовились строить шоссе, проезжее круглый год.
А теперь даже готовиться перестали…
В следующие секунды мы поняли, почему работы на строительстве нового шоссе бесславно кончились именно на этом холме. Прямо за его вершиной открывается стометровая впадина. Дорога круто спускается в нее без поворотов, напрямик. Перегруженная «татра» опасно разгоняется, хотя мы удерживаем ее первой скоростью, а от тормозов идет дым. На сыпучем грунте колеса то и дело теряют опору. А на дне – первый брод, с неприятным, обрывистым берегом. Но в нем было немногим больше четверти метра воды – только еще предвестник наступающей борьбы. Дорожная карта показывала, что до Лас-Каньяса будет шестнадцать рек и речушек. Разумеется, без мостов. Дальше за Лас-Каньясом, к границам Никарагуа, вообще кончалось независимо от погоды и без того нерегулярное транспортное сообщение. Вполне достаточной для него преградой было состояние дороги даже в самое сухое лето.
Что-то стукнуло по ветровому стеклу. Потом еще раз. Первые капли дождя. А через несколько секунд они слились на стекле в сплошные потоки. Плотная пелена дождя сократила видимость до пятидесяти шагов. Вот уже «татра» принялась выделывать пируэты. С огромным трудом она удерживается между канавами по крайней мере до ой минуты, пока не удается затормозить ее мотором. Третья скорость, вторая, первая… двигатель выключен, и только ливень хлещет тишину плетьми воды, которые подобно фонтану разбиваются и разбрызгиваются по капоту и ветровому стеклу.
Уходя, ливень напоследок словно взъярился, стегнул там и сям по лесу водяными бичами и унесся с ветром полудня. Покров туч заметно полегчал, но не пропустил солнце на мокрую землю. В глухой тишине леса слышалось только, как падают с листа на лист капли воды.
Идем на разведку. В размокшей глине ноги разъезжаются, как и на льду. После каждых пяти шагов нам приходится счищать с подошв килограммы налипшей глины. Удовольствие не из приятных, но именно эти нашлепки на подошвах придают нам наибольшую надежду на избавление, если ночью нас не постигнет новое водяное бедствие. Большая часть воды растеклась по глинистой поверхности дороги, размочив лишь тонкий верхний слой, который и прилепляется к обуви на каждом шагу. В следах же остается сухая пыль. За ночь, возможно, она впитает с поверхности избыток воды, а утром…» (И. Ганзелка и М. Зикмунд. От Аргентины до Мексики. Книга вторая. Л. 1961. С. 229 – 231).
|